ЧЕРНЫЙ ЛУКИЧ — Сессии у Егора Летова: СПИНКИ МЕНТА (1987), «Кончились патроны» (1988)

На этой странице объединены три альбома, записанных Вадимом Кузьминым и Егором Летовым в феврале 1988 года (два —  под маркой СПИНКИ МЕНТА и один — под маркой ЧЁРНЫЙ ЛУКИЧ). Альбомы были впервые изданы на CD лейблом «Выргород» в 2017 году.

lukich_u_egora_1988

Информацию об отдельной песне и комментарии к ней можно прочесть, открыв страничку этой песни.

=================================

Спинки мента
«Эрекция лейтенанта Киреева» (1987)

spinki_menta_1

1. Эрекция
(Д. Кузьмин)

2. Коля Мяготин
(Д. Кузьмин — какая-то девятиклассница)

3. Не ваши!
(Д. Кузьмин — С. Маршак)

4. Дождь
(Д. Кузьмин)

5. Детская панковская (О-о-ри о-о-ра)
(Д. Кузьмин)

6. Мединститут
(Д. Кузьмин)

7. Мадонна
(Д. Кузьмин)

8. Баллада о лейтенанте Кирееве
(Д. Кузьмин)

9. Фитцкаральдо
(Д. Кузьмин)

10. Густав
(Д. Кузьмин)

11. Марсельеза
(Д. Кузьмин)

12. Одеяло Джузеппе
(Д. Кузьмин)

13. Весна 1
(Д. Кузьмин)

14. Алиса
(Д. Кузьмин — Л. Кэрролл)

Продюсер: ЕГОР ЛЕТОВ.

Записано 22–24 февраля 1988 в ГрОб-студии;
ударные записаны в январе 1988, кроме:
«Алиса» — 27 апреля 1987.

КАСПАР УАЙНБЕРГЕР: голос, гитара;
ЕГОР: басс, ударные, гитара, подпевки;
ДЖОН ДАБЛ: аккордеон («Лейтенант Киреев»).

Выражается благодарность:
Оксе, Доменику Анархии, Джону Даблу, Рональду Рейгану, подлому Древаляке, Ленче, Женьке Рудману, Дмитрию Селиванову, Дюпре, Севе Лыткину, Джиму, Кольке Гнедкову, Юльке Шерстобитовой и всему советскому народу.

Каспар, февраль 1988

Все песни: Вадим «Каспар» Кузьмин, кроме:
«Коля Мяготин» (текст: какая-то девятиклассница);
«Гамаши» (текст: Самуил Маршак);
«Алиса» (текст: Льюис Кэрролл).

=================================

Спинки мента
«Кучи в ночи» (1987)

spinki_menta_3

1. Доброе утро
(Д. Кузьмин)

2. Ночь близка
(Д. Кузьмин)

3. Сказка сказок
(Д. Кузьмин)

4. Кучи в ночи
(Д. Кузьмин)

5. Панковская предвыборная
(Д. Кузьмин)

6. Military country (Афган)
(Д. Кузьмин)

7. Весна 2
(Д. Кузьмин)

8. Одеяльце для Миши Горбачёва
(Д. Кузьмин)

9. Грязным кухонным ножом
(Апокалипсис)
(Д. Кузьмин)

10. Снова я один
(Д. Кузьмин)

11. Нас слишком мало
(Д. Кузьмин)

12. Первое мая
(Д. Кузьмин)

Продюсер: ЕГОР ЛЕТОВ.

Записано 22–24 февраля 1988 в ГрОб-студии;
ударные записаны в январе 1988, кроме:
«Колыбельная» — конец 1987 г. на квартирнике у Егора Летова.

КАСПАР УАЙНБЕРГЕР: голос, гитара
ЕГОР: басс, ударные, соло-гитара, подпевки
КУЗЯ УО: саксофон, соло-гитара, басс («Булочка с маком»)

Выражается благодарность: Оксе, Доменику Анархии, Джону Даблу, Рональду Рейгану, подлому Древаляке, Ленче, Женьке Рудману, Дмитрию Селиванову, Дюпре, Севе Лыткину, Джиму, Кольке Гнедкову, Юльке Шерстобитовой и всему советскому народу.

Каспар, февраль 1988

Все песни: Вадим «Каспар» Кузьмин.

===================================

Черный Лукич
«Кончились патроны» (1988)

lukich_patroni_1988_2

1. Кончились патроны
(Д. Кузьмин)

2. Мы идём в тишине
(Д. Кузьмин)

3. Еду на север
(Д. Кузьмин)

4. Суконный коммунист
(Д. Кузьмин)

5. Мой недуг
(Д. Кузьмин)

6. Праздник вянущих гвоздик
(Д. Кузьмин)

7. Сталинские дети
(Д. Кузьмин)

8. Осень
(Д. Кузьмин)

9. Я сегодня всё смогу
(Д. Кузьмин)

10. РСДРП (б)
(Д. Кузьмин)

11. Будет весело и страшно
(Д. Кузьмин)

12. Сталин, Партия, Комсомол
(Д. Кузьмин)

13. Мы из Кронштадта
(Д. Кузьмин)

 

Продюсер: ЕГОР ЛЕТОВ.

Записано 22–24 февраля 1988 года в ГрОб-студии;
ударные записаны в январе 1988, кроме:
14, 15 — записаны 3 июня 1989 года в ДК им. Чкалова на концерте памяти Дмитрия Селиванова.

КУЗЯ ЧЁРНЫЙ ЛУКИЧ: вокал, гитара;
ЕГОР: басс, ударные, соло-гитара, подпевки;
КУЗЯ УО: соло-гитара, басс, сакс, подпевки.

Выражается благодарность: Оксе, Доменику Анархии, Джону Даблу, Рональду Рейгану, подлому Древаляке, Ленче, Женьке Рудману, Дмитрию Селиванову, Дюпре, Севе Лыткину, Кольке Гнедкову, Джиму, Юльке Шерстобитовой и всему советскому народу.

Каспар, февраль 1988

Все песни: 1987–1988, Чёрный Лукич и Окса.

 

* * *

***
Е. Летов, из Официальной альбомографии ГРОБ-RECORDS, 10.09-10.11.1990
(опубликовано в журнале «КОНТР КУЛЬТ УР’а» #3, 1991):

ПРОЕКТЫ ВАДИМА КУЗЬМИНА:
1. СПИНКА МЕНТА: «ЭРЕКЦИЯ ЛЕЙТЕНАНТА КИРЕЕВА» (1987) Песни 1986, изредка — 87 г.
2. СПИНКА МЕНТА: «КУЧИ В НОЧИ» (1987) По больше части песни — 87 г.
3. ЧЁРНЫЙ ЛУКИЧ: «КОНЧИЛИСЬ ПАТРОНЫ» (1988) Песни 87-88 гг.

Все три записаны за 3 (!) душных, плотных и потных февральских дня 88-го опять же — втроём, с Кузей Уо, едва-едва оклемавшимся от двухлетних сапогов, хэ-бэ, байконурских ракетных шахт и пронизывающих степей.
Это — лучшее, на мой взгляд, из уже созданного, и, скорее всего — из всего, что когда-либо создастся Димой «Чёрным Лукичем». Сама песня «Кончились патроны» — это просто МАНИФЕСТ шального, бунтарского, незримого и необозримого, безобразно-крамольного воинства. Изобилие больной и перекошенной психоделии, наивного, незамысловатого панка и просто — хороших песенок. Всё звучит весьма коряво и карнавально.
Запись имеет несколько неказистый вид по причине подло-планомерного выхода из строя в процессе работы — всей используемой аппаратуры.

lukich_patroni_1988_04
Летов и Лукич. Омск, двор летовского дома, 1987 г.

***
Из интервью с Д. Кузьминым, газета «Энск», номер 6/9, г. Новосибирск, июль 1991:

Д. Кузьмин: — …После окончания НЭТИ (многие н-ские рокеры вышли из этого учебного заведения. — Ред.) я и Ренат (Вахидов), стремясь реализовать томившие душу проекты, решили организовать группу, и в 1986 году группа эта — «Спинки Мента» — была создана. Кроме меня и Ронни, в неё входили Дюпре — человек был такой — и Антон Буданов на барабанах. Кое-какие песни тогда уже имелись, но ни точки, ни инструментов не было. Проблему точки решили — Ронни, уже тогда зарекомендовавший себя как драммер, нанимался в разные группы играть, предполагалось, что за ним будем проникать на имевшиеся точки и мы. В итоге Ронни превратился в сессионного музыканта и переиграл во многих н-ских группах. Весной 87-го я познакомился с Егором Летовым, и так получилось, что первый альбом «Спинки Мента» мы записали с ним, он помогал играть и продюсировал запись.

lukich_patroni_1988_08

lukich_1988_1

***
Из интервью с Д. Кузьминым, 25.12.1998.
(из книги О.Аксютиной «ПАНК-ВИРУС в России», 1999):

— Что ты можешь рассказать об истории группы?

— Группа начала существовать в 1986 году под названием «Спинки мента», изначально панковский проект. Тогда же мы и познакомились с Летовым, в 1986 году. У нас в Сибири было четыре группы: в Новосибирске — «Путти», «Б.О.М.Ж.», «Спинки мента» и в Омске — «Гражданская оборона». «Инструкцию во выживанию» тогда не знали. Они существовали, но, насколько я знаю, тогда у нас с Тюменью никакой связи не было. И тогда Летов называл нашу музыку «панком в белых перчатках», то есть она была достаточно интеллектуальна, как нам казалось. С 1988 года группа называется «Чёрный Лукич». Мы записываем сразу же три альбома с Летовым.

lukich_patroni_1988_3

— А с чем связано то, что вы записывали альбомы с Летовым?

— С тем же, что изначально было сказано — мы жили в очень большой изоляции, информационной и общественной. Тогда было время очень жестокое, и к панкам, мало того, что очень плохо относилось общество, к ним плохо относились даже свои братья-музыканты.
У нас тогда существовал Новосибирский рок-клуб, достаточно известный, и нашу панк-секцию пытались задавить. Другое дело, что она была самая лихая, не задавишь, но пытались. И поэтому ко всем людям, которые в то время слушали такую музыку, или, тем более, играли её, отношение было очень трепетное. Ну, а когда с Егорушкой познакомились, с Манагером, с братьями Лищенко, Женькой и Олегом — о… мы просто братки были. И так случилось, что у них в то время было больше возможностей записываться.

lukich_patroni_1988_10

— А почему вы увлеклись панк-роком именно в тот момент? Почему он был вам ближе всего?

— Дело в том, что на Западе панк-рок был музыкальным течением, а в России, точнее в Сибири, это всегда было социальное явление. То есть это была экстремальная честность, искренность, нонконформизм, и в этом смысле непопсовость музыки.
На Западе как? Панк-рок — это 4-х аккордный рок-н-ролл, сыгранный на грязных гитарах — такое клише. Но вся их экстремальность превращалась через полтора года в шоу-бизнес и этим всё заканчивалось. Шоу-бизнес замечал всё это и делал из этого попсу.
У нас было всё по-другому — и морды били, и КГБ гоняли, все пироги. А гопнички… И любой честный музыкант в то время должен был иметь какое-то отношение к панк-року. Тогда панк не был синонимом грязи, допустим, как сейчас. И даже для меня, потому что нынешний панк-рок — это эпатаж ради эпатажа, всё примитивно и бездуховно. А тогда это была достаточно глубокая оппозиция, символ оппозиции. Вообще я не мастак говорить…

…«Спинки мента» соприкасаются со «спинками минтая» изначально. А «спинки минтая» в те времена повального дефицита были одним из тех продуктов, которые лежали в каждом магазине. И удаление одной буквы придавало группе социальный акцент.

lukich_patroni_1988_3b

.

***
Из интервью с Д. Кузьминым, 29.05.2008:

Д. Кузьмин: Мы сейчас, как слоны, рожаем две-три-четыре песни в год, не больше. Сейчас корабли очень сильно отвлекают, очень сильно! Месяц могу не брать гитару в руки. Но зато когда берешь, сразу сочиняется хорошая мелодия, и почти всегда она превращается в неплохую песню. Но мало, конечно, не плодовитость «Спинок Мента», когда можно было за неделю три песни сочинить. Но там и не все песни были хорошие.

lukich_patroni_1988_01           lukich_patroni_1988_02

***
Из книги А. Кушнира, «100 МАГНИТОАЛЬБОМОВ СОВЕТСКОГО РОКА»:

«Мы из Кронштадта» была финальной композицией сольного альбома Димы «Черного Лукича» Кузьмина, записанного на ГрОб Records как одна из первых продюсерских работ Егора Летова. Летов и Черный Лукич познакомились весной 87-го года во время выступления «Гражданской обороны» на I Новосибирском рок-фестивале. Затем они часто общались друг с другом в рамках немногочисленной омско-новосибирской панк-тусовки, в состав которой входили братья Лищенко («Пик и Клаксон»), Янка, Дмитрий Селиванов, Манагер, будущая жена Эжена Лищенко Лена, а также Юля Шерстобитова (впоследствии — «Cтеклянные пуговицы»), периодически приезжавшая из Томска.

lukich_u_egora_1988_3
Дименций, Лукич, Окса, Янка, Ленка Сергеева, Юлька Шерстобитова.

Это была компания единомышленников, которая, по словам Черного Лукича, «в общении друг с другом нашла свой дух шестидесятых и свой Вудсток». Их связывали не только радость совместного творчества, общие хиппистские идеалы и подпольные квартирные концерты, но и опыт пребывания в психбольницах, конфликты с правоохранительными органами, полуголодное существование и затяжные летние автостопы по стране. Все они жили «на полную катушку», оказывая друг на друга сильное влияние, вырывая друг друга из рутины советских будней. В конце концов, это были те самые одиночки, которые, по небезызвестному выражению Летова, оказались опаснее для социума, чем целое движение.

lukich_patroni_1988_14

Поскольку от «Спинки мента» остались лишь удачное название и ностальгические воспоминания, Черный Лукич, сидя в самой сердцевине Кемеровской области, начал писать новые песни, принципиально отличавшиеся от всего, созданного им раньше. Это был радикальный панк-рок — с текстами, наполненными антитоталитарными настроениями и молодежным негативизмом: «Мы идем в тишине по убитой весне/По разбитым домам, по седым головам/По зеленой земле, почерневшей траве/По упавшим телам, по великим делам/По разбитым очкам, комсомольским значкам/ По кровавым словам, по голодным годам».
Несмотря на «кемеровскую ссылку», Черный Лукич по-прежнему периодически мотался в Омск, а Летов, соответственно, в Юргу. Во время очередных дружеских посиделок в Омске новые песни Черного Лукича были записаны на кассетный магнитофон.

lukich_u_egora_1988_4

Прослушав на досуге этот часовой акустический концерт (получивший ограниченное хождение как бутлег «Кончились патроны»), Летов предложил Кузьмину продюсирование и помощь в записи композиций «Спинки мента» и Черного Лукича.
В январе 88-го года Летов зафиксировал на пленку очередную серию альбомов «Гражданской обороны» («Так закалялась сталь», «Боевой стимул», «Все идет по плану»), и у него оказались развязанными руки для реализации других проектов. На зимних студенческих каникулах Черный Лукич вырвался на недельку в Омск, прихватив с собой беременную жену, которая вот-вот должна была родить. Но ажиотаж от предстоящей сессии был настолько велик, что на подобные «мелочи» никто уже не обращал особого внимания.
Сессия происходила с 22 по 24 февраля на квартире у Егора Летова. За эти дни музыкантам удалось записать альбом Черного Лукича «Кончились патроны» и два альбома «Спинки мента» («Эрекция лейтенанта Киреева» и «Кучи в ночи») — в общей сложности около сорока композиций.
«Ежедневно мы работали с девяти утра до десяти вечера без перерывов на обед и чай, — вспоминает Черный Лукич. — Все делалось без навала, но к концу каждого дня руки уставали настолько, что в онемевшие пальцы можно было втыкать иголки».

black_lukich_04

Если большая часть песен на альбомах «Спинки мента» являлась мягкой и местами ироничной акустикой, то на «Кончились патроны» властвовал откровенный полит-панк. Часть композиций представляла собой либо усиленный антикоммунистическими лозунгами хардкор, либо жесткие и злые гитарные марши — с текстами, посвященными кровавым событиям времен Октябрьской революции и сталинского террора.
Уместное исключение составляли прибаутка-скороговорка «Я сегодня все смогу» (апофеоз лихости и веселья), а также две трепетные композиции: «Будет весело и страшно» и «Мой недуг» — грустные акустические зарисовки с элементом ностальгии.
Подобная контрастность оказалась одной из основных находок на альбоме. Между трагично-мрачными боевиками «Кончились патроны», «Мы идем в тишине» и «Мы из Кронштадта» естественным образом расположились песни, в которых вместо зафуззованной электрогитары мелодию освещали звуки колокольчика.
«В драматургии альбома мне очень помог Летов, — вспоминает Черный Лукич. — Он убедил меня в том, что можно спеть песню под акустическую гитару и колокольчик, а по воздействию это будет такой же панк, как «God Save The Queen».
Черный Лукич пел все вокальные партии и играл на ритм-гитаре, Летов играл на басу (плюс подпевки), а только что вернувшийся из армии Кузя Уо придумывал и исполнял партии соло-гитары.
Поскольку ограниченное количество микрофонов создавало серьезные неудобства при записи барабанов, была применена техническая хитрость — на сессии использовались зафиксированные на магнитофон разнотемповые барабанные болванки с только что записанных альбомов «Гражданской обороны». Поэтому не удивительно, что студийный саунд «Черного Лукича» местами невозможно было отличить от звучания «Гражданской обороны».

black_lukich_03

…Летов не только отстраивал магнитофоны и сочинял на ходу басовые ходы, но и успевал осаждать неуемного Кузю Уо, который, очарованный звучанием саксофона, начал обучаться игре на нем прямо во время сессии. И если на втором альбоме «Спинки мента» применение этого духового инструмента превращалось в атональную деструкцию, то в финале композиции «Суконный коммунист» саксофонные вопли Кузи Уо уже попадали в тональность и напоминали нечто среднее между сигналами «скорой помощи» и ревом раненого слоненка. Другими словами, это был большой джаз.
От такой музыкальной непосредственности многие прославленные авангардисты могли лишь затравленно покусывать локти.
«Из этих песен просто прет внутренний драйв, который присутствовал тогда в каждом из нас», — вспоминает Черный Лукич.

lukich_u_egora_1988_5

Что же касается Летова, то он, явно увлеченный новыми для себя функциями продюсера, был занят поисками нужного звука и долгое время держался в тени. Но во время записи песни «Мы из Кронштадта» не выдержал и в азарте спел явно громче, чем на остальных композициях, превратившись из тактичного бэк-вокалиста в равноправного солиста. В итоге у альбома получился мощный и убедительный финал, во время которого бойцы рок-н-ролльного фронта все-таки переходят в совместное контрнаступление.

lukich_patroni_1988_05

***
Черный Лукич, март 2008 г.
(из буклета CD «Чёрный Лукич — Записи Егора Летова», 2017):

«Эрекция лейтенанта Киреева» — название дурацкое. Почему такие слова — я сам не знаю. Суть в том, что в 1986 году мы создали группу «Спинки мента» (называется она так потому, что в 1986-м без талонов у нас продавались только тушки минтая, то есть название было понятно всем). Нас не приняли в Новосибирский рок-клуб, даже кандидатами не приняли, но мы активно ходили на концерты. А я тогда работал на «Ростсельмаше» (с которого ушёл на войну товарищ Покрышкин), и у меня был доступ к печатной машинке. Я купил кучу советских значков, из которых можно было вынуть изображение и вставить новое. И на машинке напечатал «Я — спинка мента», и сделал три таких значка. Потом Коля Гнедков попросил напечатать «Я — друг спинки мента». Потом приходит Джиммушка, скрипач, и говорит: «Я — лучший друг спинки мента». Потом появился значок «Я — самый лучший друг спинки мента»… И вот недавно мы вспоминали то время, одна женщина говорит: «Вот безумные времена были восьмидесятые, такие значки носили! У одного было написано — «Я — самый лучший друг спинки мента!» (она не знала, что такая группа была).

lukich_patroni_1988_07

В общем, у нас накопился изрядный материал к тому моменту, когда судьба нас свела с Летовым, с Манагером, с Эженом, с Бэбиком. Это было на Новосибирском рок-фестивале, когда они не должны были выступать, но кто-то из участников не приехал («АукцЫон», что ли?), и появилась возможность заполнить паузу. И они сыграли как «Адольф Гитлер». Тогда мы познакомились и очень сильно подружились. Много путешествовали вместе с Янкой, с Егором, с моей женой Оксой — в Симферополь автостопом ездили.

lukich_patroni_1988_13

Летов предложил записать «Спинки мента» у него на студии в Омске. Тогда Селиванов ушёл от Коки, но ещё не пришёл в «Путти». То есть одно время он был гитаристом без группы. А для меня это был такой великий музыкант, что я не решался ему предложить поиграть с нами. Потом мне уже сказали, что чувак нормальный, можно, но тогда мы решили записываться просто с Егором: у него была и студия, и играл он сам на всём. И хотя у меня была группа, был барабанщик, был басист — всё равно эти люди относились к музыке не так серьёзно, как Игорь Фёдорович. Он тогда вообще перевернул моё представление о том, как надо относиться к рок-н-роллу. Я понял, что это дело «пожизненное». Даже мысли не было везти с собой своих музыкантов, потому что Егор сказал, что сам на всём сыграет — и это видно теперь, он ТАК И СДЕЛАЛ! Он играл так громко, что очень часто не было слышно основного вокала моего.

А перед этим, осенью, Егор приезжал ко мне в гости. Я тогда устроился лаборантом в строительный техникум, и мне поручили вести ансамбль. Половина аппаратуры по документам была списана. Игорь Фёдорович всё тщательно проверил и нашёл шикарный саксофон, на котором, конечно, никто играть не умел. Но Егор сказал, что Кузьме, который только что вернулся из армии с Байконура, будет очень приятно получить саксофон, очень подойдёт ему по имиджу. А хоть и списанный, выносить-то всё равно нельзя через вахту — и мы этот саксофон через окно выкидывали, а Егор бегал его ловить. А когда зимой я приехал, саксофон был уже в Омске. И на некоторых песнях можно услышать такой рёв раненого слона — это Кузьма дудит в саксофон. Он начал очень рьяно это делать. Ещё участвовал Джон «Дабл» Деев, басист «Обороны». Ну и Манагер со своими шутками принимал участие. И как мы все поместились в одной комнате — непонятно!

Мы приехали с Оксой (Оксана Жукова — первая жена Д. Кузьмина — С.К.) зимой в Омск. Окса была на седьмом месяце беременности. Довольно долго раскачивались, Оксанка потом уехала. Зато когда начали писать, Егора было не остановить. Мы записывались с девяти утра до десяти вечера. Только завтракали и тут же садились записываться. Без перерывов! У меня онемели за эту неделю кончики пальцев настолько, что потом ещё месяц они были нечувствительны — можно было иголкой втыкать. Играли по 10–12 часов каждый день! Получается, что за одну неделю мы записали три альбома. Может, даже за неполную неделю.

black_lukich_04

Немножко сложно было в том плане, что все песни до этого существовали только в акустическом варианте, и за такое короткое время, казалось, очень трудно придумать разнообразные аранжировки. Но тем не менее… Кузьма очень сильно в этом помог. Он очень мелодичный гитарист. И в итоге получилась такая вот разноплановая музыка…

lukich_patroni_1988_16
Кузя Уо и Чёрный Лукич.

Все три альбома писались в одну сессию («Эрекция», «Кучи в ночи» и «Патроны»). Игорь Фёдорович тогда, поняв, что не надо бить по барабанам постоянно, наиграл штук шесть своих любимых ритмов, на которые были записаны и «Оборона», и «Коммунизмы» — барабаны везде одинаковые. Причём в некоторых песнях он начинал играть медленнее, чем нужно, а потом убыстрялся — вот такие песни начинались из тишины, эти барабаны мы пропускали. И у Егора такие песни есть, и у «Коммунизма». И заканчивались песни периодически в тишину, потому что в конце он тоже иногда замедлялся. Но мы сделали это так, чтобы казалось, что это — момент аранжировки.

lukich_1988_2

И получилось так, что более ранние песни мы оставили под авторским названием «Спинки мента», а которые были написаны в 1987 году — то есть песни более серьёзные, политические — для этих песен название «Спинки мента» было слишком легкомысленным. Тогда Манагер предложил название — «Насильники Крупской». Вот, представьте, я сейчас бы выступал под этим названием! Потом решили назвать «Чёрный Ленин», но тоже было несколько глуповато. И назвали «Чёрный Лукич», что примерно то же самое. И более поздние песни из того материала мы записали под этим названием, альбом «Кончились патроны».

lukich_patroni_1988_20

Тогда такое время было, что… Мы не пили — ни водку, ни пиво. И никакой травы не курили. И не хотелось ничего этого, и не нужно было. Было чистое творчество! Я вообще не помню пьянок в Омске. Было очень весело и было очень интересно.

lukich_patroni_1988_15

***
Оксана Жукова (первая жена Дмитрия Кузьмина):
http://insurgent.ru/chernyy-lukich

Я тогда тоже любила рок, да и сейчас люблю. Мы тогда и сочиняли вместе, и пели. Например, все думают, что на квартирнике в 88-ом у Егора «Кончились патроны» поет Янка и Дима — так нет: я и Дима. Ту запись сделала Юля Шерстобитова на свой магнитофон. Тогда музыка не была коммерцией.

lukich_patroni_1988_11    lukich_patroni_1988_17b

***
Из интервью с участниками концерта памяти Башлачёва, 2010:

— Не планируете ли вы переиздание альбомов СПИНКИ МЕНТА?

Лукич: — Ха! Ну уже лет десять, как они переиздают в Москве. Есть два сведения: одно — Сергея Летова, другое… — по-моему, Егор <Летов — С.К.> сам сводил. И каждый Божий год мне говорят: «Ну вот в этом мае-апреле он выйдет». И вот в этом году мне тоже об этом говорили. Всё готово! Но очевидно когда-нибудь выйдет…
…Я когда слушаю свои ранние записи, о выпуске которых мне задавали вопрос, будь моя воля, я бы их вообще не выпускал. Потому что, честно говоря стыдно. Но… дурновкусица и мелкотемье востребованы в России всегда были, поэтому, наверное, придется выпускать. Сами мы бы всё это похоронили недрогнувшей рукой.:)

lukich_patroni_1988_09


___________________________________

<<< Вернуться на страницу группы ЧЁРНЫЙ ЛУКИЧ

<<< Вернуться на страницу «ЧЕРНЫЙ ЛУКИЧ — Дискография»

<<< Вернуться на страницу «Песни группы ЧЁРНЫЙ ЛУКИЧ по алфавиту»


Автор и координатор проекта «РОК-ПЕСНИ: толкование» — © Сергей Курий