Сергей Курий — альбом «Чистая зона» (1995)

Рубрика «Песни Сергея Курия»

chistaya_zona

Скачать альбом «Чистая зона» полностью можно здесь
Информацию об альбоме, тексты песен с аккордами и комментарии см. ниже

1. Чистая Зона
(С. Курий)

Архивная запись 1998 года:

2. Восемь Часов (Дом Сновидений)
(С. Курий)

3. Зимняя Сказка
(С. Курий)

Архивная запись 1998 года:

4. Неудачник
(С. Курий)

Архивная запись 1998 года:

5. Перекрёсток
(С. Курий)

Архивная запись 1998 года:

6. В Тумане
(С. Курий)

Архивная запись 1998 года:

7. Айнэ
(С. Курий)

Архивная запись 1998 года:

8. Проводник
(С. Курий)

Архивная запись 1998 года:

9. Колыбельная
(С. Курий)

10. Под Руной Конца
(С. Курий)

Архивная запись 1995 года:

11. Свирель у Врат Зари
(С. Курий по мотивам ст. К. Грэма)

12. Прощание с Птицами
(С. Курий)

***

Сергей Курий © — тексты (кроме указанных), музыка, исполнение, запись, оформление.

Песни написаны в 1995 году, за исключением «В Тумане» (1996).
Хотя все они были перезаписаны мною начисто в 2016-2017 годах, я привожу и старые магнитофонные записи. Хотя качество у них совсем «архивное», там я зачастую пою более эмоционально.

__________________________________________________

Об альбоме от автора:

1995-й год выдался самым плодотворным и откровенно «графоманским». Я написал более пятидесяти песен, пробуя разные стили и манеры. Как говорится, каждое лыко шло в строку. За год я насочинял песен на три больших альбома (не считая побочных бонусов).
К сожалению, написать такое количество качественных текстов было очень трудно — поэтому я часто сочинял некую смутную отсебятину, оставлял корявые строчки, стараясь не задерживать льющийся поток.
Поэтому, хотя я зарекался оставить старые альбомы, по возможности, в полном виде, здесь я всё-таки «включил» сурового редактора. Кое-где аккуратно поправил корявости, а десяток песен отсеял вообще.

Первый альбом 1995 года изначально назывался «Под Руной Конца». Но я решил, что это слишком мрачное название не очень подходит к, наверное, самому светлому и мажорному из своих творений. Несмотря на то, что полоса в жизни у меня была очень суетная и лишённая малейших перспектив, песни в начале года писались преимущественно радостные и счастливые. Постепенно настроение менялось и в конце 1995-го я погрузился в пучину депрессии.
Собственно эту смену настроений я и пытался передать, выбирая песни для альбомов — от светлого «Чистая Зона» через более драматичный «Звезда в Петле» до мрачного «Второй Ледниковый Период».

__________________________________________________

Песни альбома «Чистая Зона» (тексты, аккорды, комментарии)

***
Чистая Зона (февраль 1995)

Am          C
Полые горы.
G                 Dm
Скрытые реки.
Небесное море.
Счастье навеки.
Азия сердца.
Тяга в пустыню.
Хочется деться…
Хочется скинуть

F
липкую паутину —
швы наших глаз и кожи…
Я одурел от дыма,
G                 E
Но наконец-то отброшен
Am              C   G Dm
в Чистую Зону.

Рвутся к финалу.
Страшная давка.
Бег тараканов.
Делайте ставки!
Бьют тебя в спину.
Береги ноги!
Ты пропусти их,
Сойди с дороги.

Видишь — девы несут знамёна.
Видишь — дети несут штандарты.
Выйди из ЭТОЙ зоны
В «белые пятна» карты —
в Чистую Зону.

Полые горы.
Скрытые реки.
Небесное море.
Счастье навеки.
Где-то ракеты…
Рвутся снаряды…
Мы незаметно
Движемся рядом.

Нас призовут, конечно,
Нас со счетов не скинут,
Станут платить за Вечность,
Но кто же её покинет —
Чистую Зону?

Много позже я понял, что в стране повального «шансона» слово «зона» вызывает слишком однозначные ассоциации. Однако под «Чистой зоной» я конечно не подразумевал тщательно вымытый зэками тюремный коридор.:)
Для меня это было некое закрытое изолированное место — место, где можно начать с чистого белого листа. Конечно это место не на глобусе, а внутри нас.
К сожалению, я в то время не располагал приборами для быстрой фиксации мелодических озарений. Прекрасно помню, что первоначально куплет исполнялся более витиевато и интересно, однако ко времени первой записи все эти тонкости из головы выветрились и пение стало намного банальнее.

***

Восемь Часов (Дом Сновидений) (январь 1995)

C                                                             Am
Я войду в этот дом, очарованный тишью
хрустальных колонн…
C                                                           Am
Притаившийся волк не заметит меня
и не сдвинется слон.
F                                    C                                      G
Я пройду сквозь людей, как идёт сквозь туман
                                Am
заблудившийся скальд.
F                      C                                     G
У меня ещё есть ровно восемь часов,
            F                      G           C
до того, как меня будут искать.

Все желанья мои спят в хрустальной реке,
окружающей дом.
Мне позволено взять всё, что будет лежать
за зеркальным стеклом.
А в густой темноте — восемь чёрных котов
по восьми сторонам.
Они зорко следят и стирают хвостом
все следы, что оставлю я там…

Вот звучат голоса, но пока далеко
и невнятно пока…
Вот качнулся мой слон, вот моргнул тусклый свет
моего маяка.
Выхожу на причал, и скрывается дом
в беспросветной ночи.
Ещё восемь секунд, и два века моих
разрежут золотые лучи.

Эта песня изначально представляла собой мутный поток сознания. Позже я совсем немного подкорректировал текст — для ясности.
В проигрыше должен был быть женский вокал (собственно этот вокализ и есть основа, исток и главная часть сей композиции). Пришлось выкручиваться за счёт партии «chorus», сыгранной на синтезаторе.

ПРИМЕЧАНИЯ:

Скальды — норвежские и исландские поэты-певцы ІХ-ХІІІ вв. (“Младшая Эдда”, саги).

***

Зимняя Сказка (март 1995)

        G            Em
На поле, на поле,
           G           Em
На снежное поле
          C                 Am
Дракон приземлился
         C               D
На синих крылах,
И в белом раздолье
Чудовище тонет,
И снега крупинки
Сверкают в глазах.

      Em
И кажется — в мире
              C           D
Нет скорби и боли,
          G                Em
И к нам не проникнет
         C                D
Ни горе, ни страх…
          C
Дракон приземлился
            D
На снежное поле
       G
И тает в его
              Em                      G Em
Серебристых лучах…

Склонитесь все ангелы
В странном поклоне
Пред чудом, которому
Нету цены.
Кто видел царей,
Восседавших на троне,
Поймёт, как смешны
Все земные цари!

Смотрите, кем стали
Огромные тролли-
Камнями, покрытыми
Корочкой льда…
На поле, на поле,
На зимнее поле
Спустилась к нам сказка
Живей волшебства!

Совершенно простенькая песенка. Зато до края наполненная радостью и солнцем. Возникла она мартовским утром, когда выйдя во двор я очередной раз увидел белоснежные сугробы (зима долго не отступала) залитые ярким весенним солнцем.
Позже я начал догадываться, что первая строчка песни наверное таки была подсознательно навеяна Борисом Гребенщиковым, а именно его песней «Дело Мастера Бо» («Дракон приземлился на поле, поздно считать, что ты спишь…»). Образ дракона на снегу — уже лично мой и довольно старый. Еще на альбоме «Чёрная Вода, Белая Вода» можно найти песню «Мой маленький бедный дракон, влюбленный в снег…».

ПРИМЕЧАНИЯ:

Тролли — в северо-западной мифологии тупоголовые великаны-людоеды. По некоторым поверьям считалось, что. Застигнутые лучами солнца, тролли обращаются в камень.

***

Неудачник (март 1995)

            C                                G                                   Am        F G
Я не тот, кто я есть и не тот, кем хотелось казаться.
И с тех пор, как ищу я себя — я себя потерял.
Я не вовремя исчезал и не там появлялся.
Хорошо только там,
где я ещё не бывал!

Я рисую драконов на окнах средь ледяных джунглей,
Но ты фыркнешь, что — глупости это, зачем это мне…
Извини, но теперь я тебя нарисую лишь углем,
И не думай, что это случится на белой стене.

Я скрывался в размытых мирах, потерял свою бритву.
Я небритым пошёл на работу в Бюро Твёрдых Тел.
Я хотел матернуться, но… кажется это молитва!
И теперь совершенно не знаю, чего ж я хотел…

Ай-яй-яй! Я пробил звёздный купол.
Ай-яй-яй! Какой небесный провал!
Ай-яй-яй! Мы все — рабы своих кукол.
Ай-яй-яй! Что нашёл — потерял.

А это мой первый образчик в стиле реггей с разгильдяйским дурацким текстом. 

***

Перекрёсток (апрель 1995)

C
Не далеко — не близко
Am
Есть перекрёсток большой.
Там камешек с запиской
Про плохо и хорошо.
А рядом — придорожный
Трактир на курьих ногах.
Те ножки без сапожек —
Их стырил Кот-в-Сапогах.

Ай люли-люли-люли!
Странный в трактире народ.
Добрыня тут на стуле
Шотландский виски сосёт,
Ругает Дон-Кихота:
«Тудыть в роды и в гербы!
Сказал ведь: я — за водкой.
Сам — хвать меч! — и по грибы…»

АЙ ЛЮЛИ-ЛЮЛИ-ЛЮЛИ!
ВАП ТИГИ-ДУГА ДУДАЙ!

Иисус залез на крышу —
Гоняет там голубей,
А Папа Римский грозит пальчиком:
«Ну-ка, не смей!»
Но сам он тоже любил мальчиком
По вечерам
Читать «Аве, Мария!»
Собакам и лошадям.

Ай люли-люли-люли!
В трактире полный шабаш —
Добрыня пал со стула
(Зелёный Змий взял реванш).
У Роланда изжога,
Тревога, сплин и тоска.
Хотел подуть он в рог свой,
Но полон рог коньяка.
G                                                    F
Граф Монте-Кристо вырыл нору
                         G
И ловит мышей,
                                         F
И продаёт их, как точилки
            G            C
Для карандашей.

Циклоп достал винтовку
(Вот Одиссею задаст!),
Но целиться неловко,
Когда один только глаз.
Махатма Ганди крикнул,
Что обьявляет террор,
А Достоевский тут же
И тянет-тянет топор:

«А ну Марию Стюарт
Стукни-ка ты по башке,
А мы с Агатой Кристи
Отснимем это в кине!»

Наутро пьяный Роланд
Не мог найти свой носок.
Царица дрыхнет голой.
На стенках — клюквенный сок.
Циклоп дал Одиссею в глаз —
На чём и сошлись.
Все обменялись адресами
И разошлись.

А камешек с запиской
Никто так и не прочёл…
Героям безразлично,
Где плохо, где хорошо!

В этой задорной песенке снова можно увидеть влияние БГ, который очень любил «играться» со всякими знаменитостями и мифическими персонажами. Вот и у меня они собрались в одном месте и устроили пьянку…

ПРИМЕЧАНИЯ:

Прекрёсток — по поверьям на таком месте любила собираться нечистая сила.

Кот-в-Сапогах — герой сказки Ш. Перо.

Добрыня — богатырь из русских былин.

Дон-Кихот — герой одноимённого романа Сервантеса, наивный рыцарь-романтик.

…гоняет там голубей… — в христианской традиции в образе белого голубя снизошёл на Христа Святой Дух.

“Аве, Мария” — популярнейший католический гимн.

Роланд — герой средневекового французского эпоса «Песнь о Роланде».

Граф Монте-Кристо — герой одноименного романа А. Дюма, который долгое время был заточён в подземелья замка Иф.

Циклопы — (древнегреч. миф.) одноглазые великаны, один из которых — Полифем — был ослеплён героем Одиссеем.

Махатма Ганди — борец за независимость Индии, проповедник ненасильственной борьбы.

…Достоевский… тянет топор — в романе Достоевского “Преступление и Наказание” главный герой интеллигент Раскольников убивает топором старуху-процентницу.

Мария Стюарт — шотландская королева, обвинённая в заговоре против Елизаветы І и казнённая в 1587 г.

Агата Кристи — известная английская писательница детективов.

…На стенках — клюквенный сок… — в старину в театрах роль брызнувшей крови часто играл клюквенный сок, налитый в бычий пузырь.

***

В Тумане (25.02.1996)

G
Мы идём, по пояс
  Em                            G      D
Погружённые в туман –
G
Ёжик с водопоя,
   Em                             Hm
Птица из далёких стран.
C
Как же это странно –
D
Плыть среди тумана…

Кажется, что ноги
Потеряли связь с землёй.
Мы парим, как боги,
Гладя облака рукой.
Это невозможно…
Будем осторожны…

И цветы, и травы —
Всё сокрыл густой туман —
Маленькие страны,
А, может, ямы и капкан.
Как всё это сложно…
Будем осторожны!

Плыть в тумане славно,
Но я одного боюсь:
Вдруг я стал кентавром,
Ну а ты — русалкою…
Как это забавно —
Быть среди тумана…

Единственная песня альбома, написанная не в 1995-м, а в 1996-м. Однако по духу она больше уместна здесь. Лёгкая, незатейливая…

***

АЙНЭ (12.10.1995)

C                                  F                     C
Светла реченька воды свои несёт
                               G
В серебристую даль,
А в немыслимой выси пичужка поёт,
Отгоняя тоску и печаль.

              Am                             F
Все стихии сошлись в одном
                        C                                 G
Странном звуке глубоком, как звон.
                 Am
Кто придумал его?
               F                                     G
Может я? Может ты? Может он?
               F                                        G
А, возможно, мир просто влюблён,

                               Am       F
Ведь я слышу: «АЙНЭ»,
Ведь я слышу: «АЙНЭ» —
                              C         G
Так звучит обещанье
и волнующий зов.
И я прошу: «Дай мне…»
И я прошу: «Дай мне
Вековечную тайну
G                               F
бесконечных ручьёв».

Из нас сыплются искры, то в холод, то в жар
Нас бросает недель суета,
Но коснись ручейка и угаснет пожар —
Наступает Эпоха Тепла!

В каждом дереве — скрытый собор.
В каждом камне — память Земли.
Мы могли бы стать легче,
Если это б понять мы смогли…

Ну а птицы на крыльях несли

Такое странное «АЙНЭ»…

А, возможно, мир просто влюблён…
Неужели мир снова влюблён?!

Ведь я слышу: «АЙНЭ»…

Что такое «Айнэ» я не знаю. Просто, сочиняя песню, я стал напевать это сочетание звуков, (что-то среднее между именами из финской «Калевалы» и ангелами-Айнурами из «Сильмариллиона» Д.Р.Р.Толкина). Слово прижилось и само стало темой песни — таким радостным волшебным кличем. Текст я помню писался быстро и почти не правился. Допустим, остался такой архаичные славянизмы, как «светла реченька» (вместо «светлая»).

***

Проводник (13.09.1995)

Em
Ты меня своей
       G
защитой не зови.
Am
Мы случайно делим
   Em
травы в эту ночь.
Между нами — меч,
но… пальцы-то в крови
Потому, что ты
со мною заодно.

C                    D
Заблудился я,
              Em
заблудилась ты.
   C                         D
Мне по сердцу блуд,
         G                         D
но долг важней всего.
C                 D
И тебя я должен,
   C                      D
должен вывести
               Em  D C Am D
всё равно!

Между нами — меч,
но пальцы-то в крови!
Нас связал лишь сон,
но сон греховней тел.
Знаю: это случай
требовать любви,
Если б я хотел…
Эх, если б я хотел!

Но наступит день —
ты сменишь свой покров
Из лесных ветвей
на новые шелка.
А я не люблю,
чтоб мне платили долг
в отпуска!

И, пока мы — две
души в чужом лесу,
Мы гораздо ближе,
чем «он» и «она».
На руках тебя,
как компас я несу
Там, где никогда б
не вынес и себя.

Вот — дворец твой. Видишь?
Вот — твоя судьба.
И никто не в силах
изменить твой путь.
Я останусь следом,
стёртым навсегда…
Втёртым навсегда в твою грудь!

Несколько путанная песня, но она долго была одной из моих любимых. Родилась при взгляде на обложку книги про Тристана и Изольду, где герои спали разделенные мечом (знак что никаких там греховных делов не планируется). Ну а затем возник и некий сюжет о попутчике и проводнике заблудившейся леди. За время пути они начинают симпатизировать друг другу, но понимают, что стоит выйти из леса, как их пути разойдутся. В общем, что-то вроде этого…

***

Колыбельная (февраль 1995)

Старый текст к этой песне получился откровенно халявный, но музыка мне до сих пор нравится. Поэтому, надеюсь, что со временем сочиню что-то более приличное (наброски уже есть).

***

Под Руной Конца (январь 1995)

        G
За нашими телами
          D
ничего больше нет —
                 Em
только свет…
А с другой стороны мы оставили
полосы крови и верную смерть.
Ты сказала, что будешь моей
И развеешь мой страх,
       C
Когда загорится наш Знак в небесах,
         D
Когда загорится наш Знак в небесах!

Александр Македонский залез в бочку
и предался любви.
Ланселот сказал Артуру:
«Королева просит дать ей отгул»,
А король сказал: «Нет времени на отдых,
коль ладони в крови…
Что это — стигматы, иль знаки войны?
Что это — стигматы, иль знаки войны
              G                       D                                    Em     D
ДЛЯ ТЕХ, КТО ПЛЫВЁТ ПОД РУНОЙ КОНЦА?»

Как легко быть декадентом
И как трудно лебединым пером!
Как легко стекать слезою
И как трудно стать прозрачной росой!
Как легко упасть на землю
И остаться в ней костистым ребром…
Но разве мы ищем ЭТОТ покой?
Но разве мы ищем ТАКОЙ покой?!

Не под силу одному быть
Даже, если ты обычный вампир.
(Мы питаемся друг другом —
Разве я вам открываю секрет?)
Мы — естественные спутники,
Заброшенные силами в мир.
Но время наступит и знаки планет
Сольются в один, излучающий свет,
ЗНАК, ЧТО ЗОВЁМ МЫ РУНОЙ КОНЦА!

За нашими телами
ничего больше нет —
только свет…
За нашими телами
ничего не висит в пустоте…
В безмолвие этих небес
Мы глядим и смеёмся в ответ —
Смеёмся, как могут смеяться лишь те…
Смеёмся, как могут смеяться лишь те —
ТЕ, КТО ПЛЫВЁТ ПОД РУНОЙ КОНЦА!

Первая и по замыслу центральная песня этого альбома. О том, что предчувствие Конца — вовсе не повод грустить. И возможно конец этого мира — это начало чего-то нового.
Сам образ Руны Конца навеян сказкой У. Ле Гуин «Волшебник Земноморья» (см. третью книгу — «На последнем берегу»), где так называлось созвездие, появление которого предвещало некий Апокалипсис.

ПРИМЕЧАНИЯ:

…Александр Македонский залез в бочку… — знаменитый полководец так восхищался не менее известным философом Диогеном (живущим в бочке), что ему приписывают слова: “Не будь я Александром, я стал бы Диогеном”.

Ланселот — лучший рыцарь, друг короля Артура и в то же время любовник его жены.

Стигматы — язвы, появляющиеся на теле глубоко верующих людей в тех местах, где были раны Спасителя.

Декаденство — (от средневек. лат. decadentia — упадок) течение искусства, для которого были характерны чрезмерный эстетизм и пессимизм, доходящий порой до цинизма.

***

Свирель у Врат Зари <по мотивам ст. К. Грэма> (28.12.1995)

Об этой песне читай здесь.

***

Прощание с Птицами (27.08.1995)

C
К его ногам прирос камень,
                                                 F
А к крыльям налипла смола.
C
Он стать хотел облаками,
                                                   F      C
Пока не открылась стрельба.
F
Охотники ждали неделю.
                                            C
Рыбаки утопили всю снасть.
G                                                        F
А у него не было сил, чтоб взлететь,
                       G                 C
И не было сил, чтобы пасть…

Его лицо обгорело —
Он долго смотрел на огонь.
Он знал, что главное — тело,
Пока оно чувствует боль.
Но по своей консистенции
Он больше подходил облакам.
И птицы долго кружили и парили над ним
(Наверно они думали — храм).

И неудобный для пальцев,
И некрасивый для журавлей,
Он был приютом скитальцам
И стойлом для крылатых коней.
Для мексиканской полиции
Он так и остался звездой…
Вот вам прощание с птицами,
Конец семейной ссоры с землёй.

Совершенный поток сознания и ещё одна мелодия в духе БГ, коим я в 1980-90-е очень вдохновлялся.

___________________________________

<<< Вернуться на страницу «Сергей Курий — Дискография»

<<< Вернуться на страничку «Сергей Курий — Песни по алфавиту»