«Алиса в Стране Чудес» — Вступительное стихотворение

Рубрика «Параллельные переводы Льюиса Кэрролла»

<<< пред. | СОДЕРЖАНИЕ | след. >>>

1908 - Walter Hawes
 Рис. Walter Hawes (1908).
(больше иллюстраций см. в «Галерее Льюиса Кэрролла»)


ОРИГИНАЛ на английском (1865):

All in the golden afternoon
Full leisurely we glide;
For both our oars, with little skill,
By little arms are plied,
While little hands make vain pretence
Our wanderings to guide.

Ah, cruel Three!  In such an hour
Beneath such dreamy weather,
To beg a tale of breath too weak
To stir the tiniest feather!
Yet what can one poor voice avail
Against three tongues together?

Imperious Prima flashes forth
Her edict to begin it
In gentler tone Secunda hopes
“There will be nonsense in it!”
While Tertia interrupts the tale
Not more than once a minute.

Anon, to sudden silence won,
In fancy they pursue
The dream-child moving through a land
Of wonders wild and new,
In friendly chat with bird or beast
And half believe it true.

And ever, as the story drained
And faintly strove that weary one
The rest next time—It is next time!
The happy voices cry.

Thus grew the tale of Wonderland:
Thus slowly, one by one,
Its quaint events were hammered out—
And now the tale is done,
And home we steer, a merry crew,
Beneath the setting sun.

Alice! a childish story take,
And with a gentle hand
Lay it where Childhood’s dreams are twined
In Memory’s mystic band,
Like pilgrim’s wither’d wreath of flowers
Pluck’d in a far-off land.

.

____________________________________________________

Перевод Нины Демуровой (1967, 1978):

Июльский полдень золотой <1>
Сияет так светло,
В неловких маленьких руках
Упрямится весло,
И нас теченьем далеко
От дома унесло.

Безжалостные!
В жаркий день,
В такой сонливый час,
Когда бы только подремать,
Не размыкая глаз,
Вы требуете, чтобы я
Придумывал рассказ.

И Первая велит начать
Его без промедленья,
Вторая просит: «Поглупей
Пусть будут приключенья».
А Третья прерывает нас
Сто раз в одно мгновенье.

Но вот настала тишина,
И, будто бы во сне,
Неслышно девочка идет
По сказочной стране
И видит множество чудес
В подземной глубине.

Но ключ фантазии иссяк –
Не бьет его струя.
– Конец я после расскажу,
Даю вам слово я!
– Настало после! – мне кричит
Компания моя.

И тянется неспешно нить
Моей волшебной сказки,
К закату дело, наконец,
Доходит до развязки.
Идем домой. Вечерний луч
Смягчил дневные краски.

Алиса, сказку детских дней
Храни до седины
В том тайнике, где ты хранишь
Младенческие сны,
Как странник бережет цветок
Далекой стороны <2>.

                     <стихотворение в пер. Д. Орловской>

М. Гарднер, «Аннотированная Алиса» — «The Annotated Alice», New York-London, 1960:

1 — В этом вступлении Кэрролл вспоминает «золотой полдень» в 1862 г., когда он и его друг, достопочтенный Робинсон Дакворт (в те дни член совета Тринити-колледжа в Оксфорде; позже каноник Уэстминстерского аббатства), отправились с тремя прелестными дочерьми ректора Лидделла в лодке на прогулку вверх по Темзе. «Первая» – это старшая из сестер Лидделл, Лорина Шарлотта, которой к тому времени уже минуло тринадцать лет. «Вторая» – десятилетняя Алиса Плэзнс, а «Третья» – восьмилетняя Эдит. Кэрроллу в то время было тридцать лет. День этот, пятница 4 июля, по словам У. X. Одэна , «так же памятен в истории литературы, как 4 июля в истории Америки»  (4 июля 1776 г. была провозглашена Декларация независимости).

prim0_reka
Приток Темзы — река Айрис. Та самая…

prim01_aysis2
Речка Айрис на карте.

prim0_reka2
Мельница на Иффли (Оксфорд) — одна из излюбленных стоянок Ч. Доджсона во время лодочных прогулок. (Фото — Г. Торна, 1875 г.)

prim0_lodka
Участники знаменательной лодочной прогулки, во время которой была сочинена сказка про Алису: вверху — три сестры Лидделл (Лорина, Алиса, Эдит), внизу — член совета Тринити-колледжа в Оксфорде — Роберт Дакворт и собственно сам Чальз Лютвидж Доджсон (позднее — Льюис Кэрролл).

prim0_lodka2
«Июльский полдень золотой…»
Рисунок И-К. Эрикссон.

2 — В старину пилигримы, отправляясь к святым местам, украшали головы венками из цветов.

____________________________________________________

Перевод Александры Рождественской (1908-1909):

Мы медленно плыли. Чуть двигалась лодка
По глади зеркальной реке,
А руль наш вертелся и вправо, и влево,
Не слушаясь детской руки.

Гребли тоже дети и пенили воду,
Слегка ударяя веслом,
И брызги взлетали, сверкая на солнце,
И падали, искрясь, кругом.

С высокого неба горячее солнце
Снопы посылало лучей.
Не двигался воздух, казалось, он замер,
И все становилось душней…

— Рассказывай сказку! — вдруг крикнули дети.
— О, Боже, в такую жару!
— Про то расскажи нам, чего не бывает!
— Нет, нет… ни за что… не могу!

Но их было трое. Они так просили
И так приставали ко мне,
Что мне поневоле пришлось покориться
Моей злополучной судьбе.

И стал я рассказывать им про Алису.
Сейчас же примолкли они
И жадно, с восторгом внимая рассказу,
Они забывали грести.

Когда ж говорил я: — Потом вам докончу,
Ведь начал рассказ я давно,
С веселым мне смехом они отвечали:
— Потом? Да пришло уж оно!

Так вот как сложился рассказ про Алису,
И я досказал его весь…
А то, что с ней было и что с ней случилось,
Все в сказке написано здесь.

 

____________________________________________________

Перевод Allegro (Поликсена Сергеевна Соловьёва) (1909):

Стихотворение Льюиса Кэрролль про „Алису в стране чудес».

В дыханье золотого дня
Беспечно мы плывем.
Две пары ручек воду бьют
Послушливым веслом,
А третья, направляя путь,
Хлопочет над рулем.

Что за жестокость! В час, когда
И воздух задремал,
Вдруг приставать ко мне, чтоб я
Им сказку рассказал!
Но их, ведь, три, а я один
И я не устоял.

Мне властно Первая велит:
— Ну, начинай рассказ!
— Побольше, милый, небылиц! —
Звучит Второй приказ,
А Третья прерывает речь
В минуту только раз.

Но скоро смолкли голоса,
Все три внимают мне.
Воображенье их ведет
По сказочной стране,
С Алисой речь зверей и птиц
Им внятна в тишине.

Когда же я, устав, рассказ
Невольно замедлял
И „на другой раз» отложить
Смиренно умолял,
Три голоска кричали мне:
— Другой раз — он настал! —

Так о стране волшебных снов
Рассказ явился мой.
И приключений возникал
И завершился рой.
Садится солнце, и плывем
Мы весело домой.

Алиса! повесть для детей
Тебе я отдаю.
В венок из пестрых детских снов
Вплети мечту мою,
Как пилигрим хранит цветок,
Что рос в ином краю.

.

____________________________________________________

Перевод А. Д’Актиля (Анатолия Френкеля) (1923):

Под знойным солнцем мы плывем
Лениво в челноке.
Две пары детских рук гребут,
Влача весло в песке.
А третья, завладев рулем,
Нас кружит по реке.

Ах, эти Трое! В зной такой
Потребовать рассказ!
Для сказок — полдень на реке
Не место и не час.
Но против бойких голосков
Бессилен робкий глас!

Приказ от Первой — начинать
Скорей, без лишних Фраз!
Второй желательно, чтоб был
«Бессмысленней» рассказ!
А Третья может перебить
В минуту десять раз!

И вот следят они втроем,
Смешно разинув рты,
Как бродит по Стране Чудес
Дитя моей Мечты,
Как запросто болтают с ней
То Зайцы, то Коты.

А только станет потухать
Фантазии костер,
И скажешь, утомясь плести
Живой и пестрый вздор:
— Конец потом… — Уже потом!—
Кричит веселый хор.

И вновь — разинутые рты,
В глазах — восторг немой…
Так вырос, за главой глава,
Рассказ чудесный мой.
И вот — веселый экипаж —
Плывем назад, домой.

Алиса! Сказку, детских дней,
Невинный плод Мечты —
В далеком уголке души
Храни ревниво ты,
Как пилигрим хранит давно
Засохшие цветы!

____________________________________________________


Перевод Александра Оленича-Гнененко (1940):

В горячий полдень золотой
Мы медленно плывём:
Две пары детских рук едва
Справляются с веслом.
И водит детская рука
Беспомощно рулём.

Ах, эти Трое! В час такой
Жары и летней лени —
«Ну, говори!» — они кричат,
Дрожа от нетерпенья.
Когда все Трое заодно,
Бессильны возраженья!

Мне гневно Первая твердит:
«Ждать сказку долго ль буду?»
Вторая просит в сказке той
Игры волшебной всюду,
А Третья прерывает нас
Лишь раз в одну минуту.

И вот нежданно — тишина,
И маленький народ
Следит, как по Стране Чудес
Дитя Мечты идёт,
Как у зверей гостит оно
И с птицами поёт.

Но вдруг устало я замолк
И головой поник;
Мечты волшебная игра
Оставлена на миг:
«Конец потом!» — «Сейчас «потом»!» —
Весёлый слышен крик.

Так сказка о Стране Чудес
Слагалась знойным днём.
Пусть явью станет навсегда,
Что было только сном.
Горит закат, и мы плывём,
И ждёт нас милый дом.

Алиса! Сказкам детских дней
И возраст детский дан.
Храни в венке воспоминаний
Чудесный их обман,
Как пилигрим хранит сухие
Цветы из дальних стран!

____________________________________________________


Перевод Александра Щербакова (1977):

Златая дорожка вдоль речки легла,
И смех упоительно звонок.
Вразброд налегают на оба весла
Две пары ребячьих ручонок.
А третья напрасно стремится вернуть
Корабль непослушный на избранный путь.

О трое мучительниц! В этакий час
Ко мне, чуть живому от зноя,
Умильнейшим шепотом в тысячный раз
О сказке взывают все трое.
Молил я пощады, молил и затих,
Один разве выстоишь против троих?

Властительна Prima. Сейчас я начну,
Ее повинуясь указу.
Secunda пленительно просит в одну
Нелепицу спутать все сразу,
А Tertia** — та прерывает всех нас
Не чаще, чем за два мгновения раз.

Итак, тишина. Говорю только я.
За сказочной сверстницей следом
Фантазия их увлекает в края,
Где наш распорядок неведом,
Среди говорливых зверюшек и птиц
Им кажется правдой игра небылиц.

Но вот истощен вдохновенья родник,
Он стал полувысохшим ложем.
Устал я, и просит мой бедный язык:
«Давайте на после отложим».
«Какое там после! Сейчас же и здесь!»
Кричит в упоении хор этот весь.

Вот мы бродили Страною Чудес,
Что значится в нашем заглавье.
Поход продолжается, след не исчез,
И сказка становится явью:
Спускается солнце за нашей кормой,
Мы с визгом и хохотом правим домой.

Алиса! Прими эту сказку мою,
Коснись ее нежной рукою.
В стране твоей памяти, в дивном краю,
Пусть дремлет она на покое,
Как хрупкий венок из далекой земли,
Который паломники нам сберегли.

Примечание автора проекта:

** — Prima, Secunda, Tertia — (лат. «Первая», «Вторая», «Третья») — имеются в виду сестры Лидделл — Лорина, Алиса и Эдит.

____________________________________________________

Перевод Владимира Орла (1988):

Мы плыли в полдень золотой,
И я один не бросил
Нависших над речной водой
Отяжелевших весел.
Нас все равно река несла
И без руля, и без весла…

Чего вам надо от меня,
Несноснейшие дети?!
Жара за три последних дня
Спалила все на свете.
Спадет жара — и что смогу,
Я расскажу на берегу.

Но требует Одна из вас,
Чтоб начал я сначала,
Другая — чтобы мой рассказ
Нелепица венчала,
А Третьей нравится одно:
Когда не страшно и смешно.

Молчанье настает — и вот
В моем рассказе странном
Чудная девочка идет
По небывалым странам,
И по горам, и по долам:
Неправда с правдой пополам.

Расскажем сказку целиком,
На завтра не отложим.
Неужто с этим пустяком
Мы справиться не сможем?
Совсем не так звучит с утра
Рассказ, не конченный вчера.

Так эта книжка родилась,
И нить ее событий
В запутанный клубок свилась —
Пожалуйста, глядите!
Но вечер наступает. Нам
Пора, пожалуй, по домам.

Алиса! Для тебя одной
Я сказку сочинил,
Чтоб встала ты передо мной
Из выцветших чернил,
Как ландыш, выросший весной
На просеке лесной.

____________________________________________________


Перевод Леонида Яхнина (1991):

По речке, солнцем залитой,
На лёгкой лодке мы скользим.
Мерцает полдень золотой
Дрожащим маревом сквозным.
И, отраженный глубиной,
Застыл холмов зеленый дым.

Речной покой, и тишь, и изной,
И ветерка дыханье,
И берег в тени вырезной
Полны очарованья.
А рядом спутницы со мной-
Три юные созданья.

Все трое просят поскорей
Рассказать им сказку.
Одной-смешней, другой-страшней,
А третья скорчила гримаску-
Ей нужно сказку постранней.
Какую выбрать краску?

И начинается рассказ,
Где ждут нас превращенья.
Не обойдется без прикрас
Рассказ мой, без сомнения.
Страна Чудес встречает Вас,
Моя Страна Воображения.

Живут там чудо существа,
Картонные солдаты.
Сама собою голова
Летает там куда-то,
И кувыркаются слова,
Как в цирке акробаты.

Но сказка близится к концу,
И солнце движется к закату,
И тень скользнула по лицу
Бесшумно и крылато,
И бликов солнечных пыльцу
Дробят речные перекаты.

Алиса, милая Алиса!
Запомни этот светлый день.
Как театральная кулиса,
С годами он уходит в тень,
Но он всегда нам будет близок,
Ведя нас в сказочную даль…

.

____________________________________________________

Перевод Юрия Лифшица (1991, опубликовано в 2017):

По речке в полдень золотой
Плывем мы вчетвером.
Но трудно маленьким гребцам
Орудовать веслом
И мы, наверное, домой
Нескоро попадем.

О злое Трио! В час такой
Владычествует сон,
И даже летний ветерок
В дремоту погружен
И мне придумывать сейчас
Вам сказку не резон.

Но Primа просит: «Расскажи
Нам сказку посмешней!».
«Но, чур, побольше чепухи!» –
Sеcundа вторит ей.
А Тertia уже кричит:
«Рассказывай скорей!».

Но успокоились они
И, заворожены,
Вошли за девочкой моей
В ее чудные сны
Почти поверив в чудеса
Неведомой страны.

Но на исходе дня иссяк
Фантазии ручей.
«Я после доскажу конец
Истории моей»
«Но „после“ началось уже!» –
Раздался крик детей.

И снова мы в Стране Чудес
И вновь чудесный сад…
Но вот окончен мой рассказ,
И мы плывем назад
Мы и смеемся и грустим,
Любуясь на закат.

Алиса, веру в чудеса
И детские мечты
Храни, и пусть живут они,
Младенчески чисты, –
Храни, как пилигрим хранит
Земли чужой цветы.


____________________________________________________


Перевод Бориса Балтера (1997):

В послеполуденном плену
В ленивом полусне
Скользим по воле детских рук
По медленной реке,
И неумело два весла
Ведут нас в тишине.

Жестоко в полудремы час,
Мне не давая спать,
Втроем выпрашивать рассказ
И хором умолять!
Но я один, и вам троим
Не в силах возражать.

По-королевски Prima мне
«Начать!»- дает приказ.
Secunda просит: «Чепухи
Побольше вставь в рассказ.»
A Tertia сбивает нас,
Но лишь в минуту раз.

Но вот настала тишина.
И в этой тишине
Втроем за девочкой из сна
По Сказочной Стране
Идут и верят в чудеса.
Но верят не вполне.

Идей колодец осушен.
Но снова каждый раз,
Как я пытался на потом
Свой отложить рассказ,
Кричали сразу все втроем:
«Потом — уже сейчас!»

Так родилась страна чудес.
Росла из сна и Слова.
И из всего, что только есть.
И вот она готова.
А мы направились домой,
За весла взявшись снова.

Алиса! Сказку сохрани
В том уголке души,
Где детские мечты и сны
Чудесно сплетены,
Как пилигрим хранит венок
Оставленной страны.


____________________________________________________


Перевод Андрея Кононенко (под ред. С.С.Заикиной) (1998-2000):

По речке ясным летним днем
Плыли мы в лодчонке.
С азартом налегли на весла
Детские ручонки.
Теченье пытались победить
Тщетно три сестрёнки.

В такую чудную погоду
Приятно помечтать,
И попросили те девчушки
Им сказку рассказать.
В три голоса защебетали,
Как мог я отказать?

«Начните сказку же скорее!»
— Старшая сказала.
«Пусть будет сказка необычной,»
— Вторая пожелала,
Тогда как младшая рассказ
Ежеминутно прерывала.

Когда угомонились сестры,
Я стал итоги подводить:
В страну прекрасных грез ребенка
Я должен проводить,
И чтобы в сказке звери, птицы
Могли бы говорить.

Решил я, пусть Алиса будет
Главный в ней герой.
И под деревьями уснет,
Сморенная жарой.
Во сне же приключения
Накатятся волной.

До самого заката сказку
Устал я сочинять.
Провел весь день на солнце,
Хотелось очень спать.
А сестры, с интересом слушая,
Просили продолжать.

Так страна Чудес появилась
Строка за строкой.
В ней чудеса, превращенья
Все придуманы мной.
И вся команда вечером
Направилась домой.


____________________________________________________


Перевод Юрия Нестеренко:

Сияет полдень золотой,
Мы медленно плывем;
Непросто маленьким рукам
Управиться с веслом,
Хоть и пытаются они
Повелевать рулем.

О Три жестоких![1] В час, когда
Жара берет мором,
Просить рассказ! Зверьки, и те
Попрятались по норам!
Но — что же возразит один
Троим, просящим хором?

Что делать? «Начинать рассказ!» —
Вот властной Первой воля.
Вторая просит чепухи
Там увеличить долю,
А Третья прерывает нас
В минуту раз, не боле.

И вот история звучит
В наставшей тишине;
Они за девочкой следят,
Что странствует во сне
И слышит речь зверей и птиц
В загадочной стране.

Но долго тянется рассказ,
Иссяк фантазий клад.
«Докончу в следующий раз», —
Уставший молвить рад.
«А следующий раз — сейчас!» —
Три голоса кричат.

Так повесть о Стране Чудес
Рождалась и росла.
И вот — окончена, хотя
Нет странностям числа.
Плывем домой. Горит закат,
Негромок плеск весла.

Алиса, этот мой рассказ
Прими, как дар весны,
И сохрани в том уголке,
Где дети прячут сны,
Как пилигрим хранит цветок
Далекой стороны.

Примечание переводчика:

[1] Речь идет о сестрах Лиддел: Первая — Лорина (Lorina), Вторая — Алиса (Alice) и Третья — Эдит (Edith). Описываемая речная прогулка состоялась 4 июля 1862 года; Алисе тогда было 10 лет, однако в повести ей 7 (ее точный возраст указан во второй книге, «Алиса в Зазеркалье»).


____________________________________________________


Перевод Сергея Махова (2008):

Сквозь злато предвечернее
Мы медленно скользим;
Ведь вёсел два – куда там! –
Управиться б с одним;
Лишь маленьким ладошкам
Змеистый путь вестим.

О Тройка бессердечная!
В дремотно-сонный час
Из уст чрезмерно слабых
Просить волшебный сказ!
Но разве трёх осилит
Бедняга сирый глас?

Повелевает Первая:
«Не мешкая, вперёд!»…
Надеется Вторая, мол
«Там чепуха живёт!»…
Вопросами у Третьей
Частенько полон рот…

Но вскоре молча следуют
В мечтах невинных детств
За девочкой, гуляющей
Средь сказочных чудес;
Причём почти уж веря,
Что всё случилось здесь.

Чуть только ж иссякают
Ключи воображенья,
И норовит сказитель
Отсрочить продолженье:
«Потом…», – «Потом настало!
Желаем завершенья!»

Так подрастала сказка
Про Чудесатый Край,
Но вот она готова,
И в ней сплошной раздрай;
Заходит солнце злато:
Труба, отбой играй!

Сей сказ шутливый, Алис,
Ты доброю рукой
С мечтами заплети-ка
В жгут-Память колдовской,
Как странника веночек…
На кой?.. Да ни на кой..

____________________________________________________


Перевод Сергея Семёнова (2016):

 Скользили в полдень золотой
 Мы словно насекомые,
 Искусством малым хрупких плеч
 И вёслами несомые,
 Свой тщетно направляя путь
 Рывками невесомыми.

 О, злые Трое! Сказку вам
 В дремотный этот час?!
 Когда легчайший ветерок
 Сморился и угас…
 Вот, слабый голос, одолей
 Три язычка зараз.

 Но властно Прима: «Начинай!» —
 — Повелевает. Нежно
 Вслед Втора: «Путаницы ждём,» —
 — Роняет вздох надежды.
 А Терца прерывает нас
 Ежеминут…, не реже.

 И движимы дитя-мечтой,
 В фантазии за нею
 Нисходим в новый дикий край —
 — Страну Чудес, — немея,
 Средь воркотни несметных птиц
 Её вспугнуть не смея.

 Когда источники фантазии
 История сушила,
 И Изнемогший говорил:
 «В другой раз, я не в силах», —
 «Сейчас — другой раз!» — голоса
 Счастливые вопили.

 Так сказка про Страну Чудес
 Росла мало-помалу.
 Событья странные её
 Придуманы. Отчалил
 Домой весёлый экипаж,
 Устало солнце жалить.

 Твоя история, Алиса!
 Её рукою кроткой
 Там помести, где детства снов
 Ковёр волшебный соткан.
 Как чтил венок бы пилигрим,
 Память страны далёкой.


____________________________________________________

Перевод Дмитрия Ермоловича (2016) (отрывок):

В день золотой лениво лодка (1)
Скользит по зеркалу реки.
С трудом удерживают вёсла
Четыре детские руки,
И две ручонки правят курс —
Увы, не мастерски.(2)

О три жестоких! В зной, когда
Сомкнуться бы глазам,
О сказке просите того,
Кто еле дышит сам
И слишком слаб, чтоб возражать
Трём бойким голосам!

Вот Прима властная «начать»
Прикажет — я начну.
Секунда спросит: «Чепуха
Там будет?» — я кивну.
Молчать умеет Терция…
Минуточку одну.(3)

Но скоро стихнет троица —
Придуманный сюжет
Их уведёт в страну чудес
За девочкою вслед,
Где птицы, звери говорят,
Где верится и нет.

Ослаб фантазии фонтан,
Пыл выдумки угас…
Рассказчик робко отложить
Пытается рассказ:
«Конец узнаете потом!» —
«Нет-нет, сейчас, сейчас!»

Так родилась Страна Чудес,
Её народ чудной
И приключения, что в ней
Проходят чередой.
К закату завершён рассказ,
Наш путь лежит домой.

Алиса! Сказку детскую
Вплети-ка нежно ты
В цветную ленту памяти,
В которой спят мечты, —
Как вплёл паломник в свой венец
Из дальних стран цветы.

От переводчика

Вступительные замечания

Прежде всего следует прокомментировать перевод заглавия сказочной повести Кэрролла и передачу имени главной героини. Первый русский перевод сказки был издан при жизни и, по всей видимости, с ведома писателя, поскольку в 1871 г. он просил издательство «Макмиллан» передать экземпляры книги для перевода некоей «мисс Тимирязевой» (Miss Timiriaseff) в С.-Петербурге. Предполагается, что это была Ольга Ивановна Тимирязева, двоюродная сестра К. А. Тимирязева, знавшая английский язык. Однако в издании 1879 г. не указаны фамилии ни переводчика, ни художника (использованы некоторые иллюстрации Дж. Тенньела), ни даже автора.

Эта первая русская версия «Алисы» — скорее не перевод, а адаптация книги для юных русских читателей. Все имена персонажей заменены русскими, стихотворные пародии — пародиями на стихи русских поэтов. Главную героиню зовут не Алиса (это имя не имело широкого распространения в России и считалось скорее немецким), а Соня (уменьшительное от Софья). Книга вышла под названием «Соня в царстве дива».

Русифицировал имена и пародии, заменив, в частности, Алису на Аню, и русский писатель Владимир Набоков, издавший свой вольный перевод сказки в Берлине в 1923 г. под названием «Аня в стране чудес».
Все остальные переводчики сохранили за героиней имя Алиса. Н.М. Демурова в статье «О переводе сказок Кэрролла» пишет: «Казалось бы, задача переводчика здесь предельно проста: имена надо переводить „как они есть». Alice это, конечно, не Соня и не Аня, а Алиса…» [Кэрролл 1978, с. 318].

Однако на самом деле задача переводчика не так проста, как может показаться. Ведь если передавать имя героини «как оно есть», то в соответствии с правилами передачи (практической транскрипции) имён с английского языка должна получиться не Алиса, а Элис. Вариант Алиса — это тоже некая адаптация, заключающаяся в замене английского имени пусть на этимологически родственное, но всё-таки другое имя. Такой метод межъязыковой передачи называется транспозицией [см. Ермолович 2005, с. 153]. Транспозиция имён в детских книгах пришла на смену их русификации, хотя сегодня всё больше уступает место практической транскрипции: для современных школьников, растущих в интернациональном информационном пространстве, англоязычные имена уже отнюдь не так экзотичны или неудобны в произношении, как это казалось в позапрошлом и даже прошлом веке. Понимать различия между русификацией, транспозицией и практической транскрипцией переводчику важно для того, чтобы выдерживать единство принципов перевода. Применяя транспозицию в одном случае, желательно придерживаться этого метода и в других случаях, иначе может возникнуть стилистический разнобой, и примеры такого разнобоя приводятся ниже (см. примеч. 23, 41).


Примечания

1. В стихотворном прологе описывается тот день (4 июля 1864 г.), когда Чарлз Доджсон, его друг Робинсон Дакуорт и три сестры Лидделл совершили лодочную прогулку и пикник, в ходе которых Доджсон, импровизируя, рассказывал девочкам сказку об Алисе (см. описание этой прогулки в предисловии на с. 10). И Доджсон, и Алиса Лидделл вспоминают этот день как жаркий и солнечный, отчего он и назван в стихотворении «золотым». Это словосочетание — «золотой день» (the golden afternoon) полюбилось писателю, и он пользовался им в дальнейшем как устойчивым выражением, вспоминая о тех часах — от полудня до заката солнца, в течение которых продолжалась эта прогулка и зарождалась основа будущей книги.

М. Гарднер отмечает странное несовпадение воспоминаний Ч. Доджсона с данными Лондонской метеорологической службы, согласно которым день 4 июля 1864 г. в районе Оксфорда был прохладным и влажным [Gardner 2000, р. 114]. Возможно, писатель ошибся в дате прогулки.

В переводах ОГ и ДО сочетание the golden afternoon передано как «полдень золотой». Это не вполне точно, т. к. afternoon значит не ‘полдень’, а ‘послеполуденное время (вплоть до вечера)’; кроме того, полдень — это момент, а не период времени. В переводах СД, АР и АЩ данное сочетание оставлено без соответствия. Интересно, однако, что в переводе АР эти два слова развёрнуты в целое четверостишие:

С высокого неба горячее солнце
Снопы посылало лучей.
Не двигался воздух, казалось, он замер,
И всё становилось душней.

Хотя в целом в данной строфе описывается жаркий солнечный день, ни одной из названных в ней деталей (небо, солнце, снопы лучей, замерший воздух, духота) в оригинальном стихотворении нет.

Из вольных переводов AM, ВН и БЗ стихотворный пролог вообще исключён — видимо, из-за стилистического несоответствия всей сказке: он написан в сентиментально-романтической манере. Кроме того, переводчики, вероятно, решили, что при адаптации текста для русских читателей сохранение пролога теряет смысл. В то же время в переводе АР прологу предпослан пояснительный заголовок, отсутствующий в оригинале: «Как сложилась сказка-повесть про Алису».

Пролог написан четырёхстопным ямбом, строфы — шестистрочные с тройной рифмовкой чётных строк (ABCBDB): это одна из любимых стихотворных форм Кэрролла.

В русской поэзии такая строфа встречается крайне редко и представляет значительную трудность для перевода: бывает сложно подобрать тройную рифму без серьёзных модификаций смысла строфы. В переводе АР использованы другой размер (четырёхстопный амфибрахий) и другая форма строфы: четверостишия с двумя рифмующимися строками (АВСВ). Такая рифмовка технически является одной из самых простых. Несмотря на это, некоторые рифмы откровенно «хромают»: жару — могу; мне — судьбе; они — грести.

В переводе АЩ схема рифмовки изменена на ABCBDD. Это упростило задачу переводчика, но не избавило его от слов-«затычек», применяемых для подгонки строки к нужному размеру [«та прерывает всех нас», «кричит в упоении хор этот весь», «который паломники нам сберегли») и лексических натяжек: лодка в этом переводе названа «кораблём», а фраза «мы с визгом и хохотом правим домой» создаёт впечатление, будто к визжащим и хохочущим Чарлз Доджсон причисляет и себя (в оригинале упоминание о визге или смехе отсутствует).
2. В этой строфе мы сталкиваемся с ярким примером несовпадения лексических систем английского и русского языков: двум английским словам, arm и hand, соответствует одно русское — рука. Кэрролл описывает эпизод, когда на вёсла (очевидно, по их просьбе) были посажены две из сестёр Лидделл: «arms» гребут, a «hands» пытаются править курс лодки. Из воспоминаний Р. Дакуорта мы знаем, что сидевшая на корме Алиса Лидделл пыталась исполнять функцию рулевого и, таким образом, речь идёт именно о её «hands”.

В переводе стихотворения невозможно передать arms и hands разными словами. Чтобы в сознании читателя все эти руки не «слились» в нечто неопределённое, в переводе я использовал числительные, позволяющие понять, что на вёслах сидят два ребёнка, а у руля — один («четыре детские руки» и «две ручонки»).

К числительным прибегли и другие переводчики:

Вразброд налегают на оба весла
Две пары ребячьих ручонок.
А третья напрасно стремится вернуть
Корабль непослушный на избранный путь. (АЩ)

Две пары детских рук едва
Справляются с веслом.
И водит детская рука
Беспомощно рулём. (ОГ)

В переводе ДО вообще нет упоминания о руках у руля лодки (что можно считать упущением, т.к. автор имел в виду руки Алисы Лидделл, а это важная ассоциация), а вместо него строки, сочинённые переводчиком:

И нас теченьем далеко
От дома унесло.

(На самом деле лодочная прогулка совершалась вверх по реке, т.е. против течения.)

В переводе АР упоминаются лишь руки за рулём, а гребцы характеризуются как «тоже дети». При этом содержание четырёх строк в переводе выражается в шести строках из-за добавления переводчиком многих деталей от себя:

А руль наш вертелся и вправо, и влево.
Не слушаясь детской руки.
Гребли тоже дети и пенили воду,
Слегка ударяя веслом,
И брызги взлетали, сверкая на солнце,
И падали, искрясь, кругом.

3. Prima, Secunda, Tertia — прозвища, которыми Доджсон наделил сестёр Лидделл — соответственно Лорину, Алису (Элис] и Эдиту (Идит). Это — латинские порядковые числительные, означающие ‘первая’, ‘вторая’, ‘третья’, что отвечало старшинству девочек. Данные латинские числительные хорошо известны и в России, прежде всего как музыкальные термины, поэтому «переводить» их нет необходимости. В переводе АЩ они даже оставлены в латинском написании, однако в переводах ОГ и ДО преобразованы в русские соответствия: Первая, Вторая, Третья. Из перевода АР эти прозвища исключены вообще.

.

____________________________________________________

Перевод Стрельца (2001):
http://www.stihi.ru/avtor/podstrel

На склоне золотых годов
Миг совершенства близок;
Пусть оба рулевых юны,
Наш путь не без ошибок,
И опыт невелик, и шанс
Помочь в скитаньях низок.

Ах, Троица безжалостна!
В погоды сонной час
Просить о ветре сказку, что
Так еле движет нас!
Но может ли сиренам трем
Противиться мой глас?

Приказ решительный «Начать!»
Звучит от Примы круто, —
Секунда вторит, но нежней:
«Пусть встретим ерунду там!», —
А Терция прервет нас, но
Не более минуты.

И в наступившей тишине,
В иллюзиях воспетых
Они идут землей чудес
Необычайных, где-то
Болтая с птицей, где — с зверьем,
Почти поверив в это.

Но иссякает грез родник,
Рассказ прервать лишь мой
И предложить перенести
Вперед на час другой
Из-за усталости; кричат:
«Это и есть такой!»

Так сказка о Стране Чудес
Срослась за разом раз,
Сковалась из событий, что
Странны подчас для нас.
Ко сну веселый экипаж
Отплыл в закатный час.

Алиса! Детства сны берет
И сказочной рукой
В вязанку тайн ввивает их,
Что Память жгет порой,
Как вплел цветы далеких стран
в венок паломник свой.

____________________________________________________

Перевод Бэкки Шарп (2016):
http://www.stihi.ru/avtor/stephany1

Сквозь летний полдень золотой
Скользит наш легкий чёлн,
Ладонью детскою ведом
По глади синих волн,
И к сказке маленькой рукой
Направлен путь дневной.

Троих девиц упрямый хор
Мой требует рассказ,
А зной тягуч, и даже двух
Мне не промолвить фраз,
Но я один, проигран спор,
И сказка мчит во весь опор.

И Первая упрямо мне
Велит скорей начать,
Второй желанна чепуха,
Изволь-ка сочинять,
А Третья, слушая слегка,
Спешит перебивать.

За всеми не угнаться мне
В безделии дремотном,
Но сказочный нас ждёт чертог
За первым поворотом,
И пёрышком скользит челнок
По гладким синим водам.

И в этом летнем полусне
Мне вдруг привиделось,
Как девочка в Стране Чудес
Нежданно очутилась
И с жителями сказки той
Навеки подружилась.

Под вечер кончен мой рассказ,
Челнок спешит к причалу…
— Продолжим в следующий раз…
Или начнём сначала.
— Хотим сейчас, вот «раз», вот «раз», —
Мне хором отвечают.

Плывя по сказочной стране
Сквозь ясный сон полудня,
К закатным золотым лучам
Мы правим наше судно,
И чудеса пришли к концу,
И сказка подошла к венцу.

Алиса! Мой рассказ прими,
И бережной рукой
Воспоминания храни,
Как утомлённый пилигрим
Хранит далёких стран цветы,
Вернувшийся домой.

 

____________________________________________________

Перевод Евгения Клюева (2018):

Нас было мало на челне
В тот полдень золотой,
И два веселые весла
Влекли нас за собой,
Когда волна нас унесла
От дома в самый зной.

Ах, троица жестоких дев,
Я б задремал, да где там,
Вам только сказки подавай —
Здесь, в лодке, жарким летом!
И трем упрямым голосам
Не возражай при этом.

Смотрите, Первая из вас
Командует: «Вперед!»
Вторая требует рассказ,
Где все наоборот,
А Третья вот уже как час
Не закрывает рот!

Ну ладно, говорю кряхтя,
Мы в сказке: поглядите
На это милое дитя,
Виновницу событий,
Среди цветов, зверей и птиц
А где ж иначе быть ей?

Продолжим в следующий раз:
Я, кажется, устал… —
Но слышу: «Следующий раз
Как раз уже настал!»
А раз настал — так снова в путь
По сказочным местам.

Все дальше катится клубок,
Разматывая пряжу…
Но лодка прибывает в порт,
А значит, экипажу
Пора домой: уже закат,
Уже темнеет даже.

Прими, Алиса, сказку в дар:
Она — твой талисман,
Храни ее, где ты хранишь
Страны Волшебной план,
Как пилигрим хранит цветок
Из дальних, дальних стран.

____________________________________________________

Украинский перевод Валентина Корниенко (2001):

Червневий південь золотий,**
Ріки сяйливе скло,
В дрібних долоньках дітвори
Пручається весло,
І течією нас аж ген
Від дому віднесло.

Безжальні! В час, як червень нас
Спекотою повив,
Тоді, коли понад усе
Здрімнути я б волів, —
Вам зажадалося, щоб я
Вам казку оповів!

І квапить Перша: «Не барись!
Розкажеш казку! Згода ?»
А Друга: «Щоб у казці тій
Були чудні пригоди!»
А Третя всіх перебива,
Бо нетерпляча зроду.

Та ось мовчанка залягла,
І, наче уві сні,
Нечутно дівчинка іде
В країні чарівній,
І бачить силу дивних див
В підземній глибині.

Гай-гай!.. Уяви джерело
Вже струменем не б’є.
«Кінець опісля розкажу —
Ось слово вам моє!»
«Опісля, — всі кричать гуртом,
За хвилю настає!..»

Снується нитка спроквола
Моєї диво-казки,
Вже й сонечко ясне сіда —
Доходить до розв’язки…
Гайда додому, день погас
І ніч вдягає маски.

Алісо, казку давніх днів
Сховай до сивини
В тім тайничку, де бережеш
Дитячі любі сни,
Немов прочанин квітку з піль
Своєї сторони!

                    <переклад — М. Лукаша>

Коментарі:

* — У цьому вступному вірші Керрол пригадує «південь золотий» 1862 р., коли він і його приятель Робінсон Дакворт вирушили в човні з трьома маленькими доньками ректора Ліддела на прогулянку вгору по Темзі. «Перша» — то старша серед сестер Лоріна Шарлотта, якій на той час було 13 років, «Друга» — десятирічна Аліса Плезнс, яка стала прообразом Аліси; а «третя» восьмирічна Едіт.

.

____________________________________________________

Украинский перевод Владимира Панченко (2007):

Липневе сонце золоте
Опівдні радо сяє,
Весела жвава течія
Наш човен підганяє;
Його мале весельце вбік
Невміло завертає.

Дівчатка, друзі! В літній день
Що навіва дрімоту,
До казки-вигадки чомусь
Припала вам охота:
Утрьох ви кличете мене
Скоріше до роботи.

Спочатку Перша річ веде:
«Пора вже починати!»
Бажає Друга, щоб було
В тій казці див багато,
А Третя ледве поспіва
Щомиті щось питати.

Аж ось і тиша настає,
І в сонному видінні
Мандрує дівчинка мала
По чарівній долині
І зустрічає сто чудес
У дивній тій країні.

Та врешті казки джерело
Мілішає, всихає:
Кажу дівчаткам, що кінець
Я потім пригадаю…
«Настало ПОТІМ!» — дружній хор
Крізь сміх мені гукає.

І про країну чарівну
Снується далі казка,
І лиш надвечір настає
Сподівана розв’язка,
І вже додому кличе нас
Вечірня сонця ласка.

Візьми ж, Алісо, казку цю,
Сховай хазяйновито
До скриньки, де ховаєш ти
Дитячих снів привіти,
Як подорожній береже
Країв далеких квіти.

____________________________________________________

Украинский перевод Виктории Нарижной (2008):

Крізь літній золотавий день
Наш човник ледь пливе,
Бо в ручках крихітних весло
Вертиться, мов живе,
А юні очі бачать скрізь
Щось дивне та нове.

Жорстока трійце! Ви, кого
Не зморить і до ночі,
Про казку просите того,
Хто так спочити хоче!
Та що там важить голос мій
Супроти трьох дівочих…

Велична Прима віддає
Наказ почать скоріше,
Секунда молить: «Будуть хай
Дивацтва там і вірші!»,
А Терція перепиня
Лиш раз на мить, не більше.

Та ось вже дивляться вони,
Принишклі і мовчазні,
Як Дивокраєм тихо йде
Дівчатко уві сні,
І майже вірять в те, що є
Всі речі ці чудні.

І раз у раз, коли вогонь
Фантазії загас,
І бідолаха каже: «Я
Закінчу потім сказ»,
Маленькі бестії кричать:
«Прийшов для потім час!»

Так поставав наш Дивокрай:
Химерні ці місця
Творили ми разом, коли
Нас путь втішала ця.
Та ось додому вже йдемо —
І сказ добіг кінця.

Алісо! Казку цю сховай
Туди, де серця стук,
В ті сховки, для яких нема
Ні часу, ні розлук,
І бережи, як в чужині
Букетик з рідних лук. [1]

ПРИМІТКИ ПЕРЕКЛАДАЧА:

1 — У цьому вірші втілені спогади Льюїса Керролла про один із найщасливіших днів його життя, 4 липня 1862 року, коли він та його приятель Робінсон Дакворт попливли із трьома сестрами Лідделл на прогулянку вгору Темзою. Примою у вірші автор назвав Лоріну Шарлотту, Секундою — саму Алісу, а Терцією — наймолодшу сестру Едіт. Саме цього дня народилися перші пригоди Аліси в Дивокраї, що потім розвинулися в ту чарівну книгу, яка відома нам сьогодні.

.

.

____________________________________________________

Белорусский перевод Максима Щура (Макс Шчур) (2001):

Пагодным ранкам залатым [0101]
Плывём мы на чаўне,
Дзяўчатак тройца спакваля
Вяслуе ля мяне,
І ўсе вандроўкай кіраваць
Стараюцца спраўней.

Няўмольныя! У гэткі час,
У млосную сьпякоту,
Давай ім казку выдумляй —
Прыдумалі работу!
Аднак іх тры, а я — адзін,
Таму спрачацца што тут?

Адна, ўладарная, “пачаць” —
Заданьне мне акрэсьліць.
Другая скажа ласкавей,
Каб “болей нісянеціц”.
А потым трэцяя мой сказ
Пытаньнямі замесіць.

І слухаюць, а не крычаць
Яны, як кагадзе:
Дзяўчынка-мара ў дзіўны край
Трапляе раптам, дзе
Размовы з птушкамі або
З жывёламі вядзе.

Фантан фантазіі маёй
Стаміўся і ўжо згас.
— Я іншым разам раскажу, —
Прашу іх абычас.
Не адпачну, а ўжо яны
Абвесьцяць “іншы раз”.

Вось так узьнік аповед мой
Памалу, пакрысе,
Як мудрагелісты узор,
Я сплёў падзеі ўсе.
Заціхла казка. Ціха ноч
Ступае па расе.

Алеся! Казкі не забудзь,
Мо’ зазірнеш калі.
Маленства сьветлага ўспамін
Да сэрца прытулі,
Як пілігрым засохлы квет
З далёкае зямлі.

Заувагі Юрася Пацюпы:

0101 — “Пагодным ранкам залатым…” — У вершы апісваецца запраўдная падзея 1862 году, калі Люіс Керал, яго сябар Робінсан Дакварт і сёстры Лідэл, “першая” — Ларына Шарлота, “другая” — Аліса Плэзнс і “трэцяя” — Эдыт, выправіліся на прагулянку па Тэмзе. Наагул, першыя старонкі казкі ўзьнікалі спантанна, без усялякага пляну.

____________________________________________________

Белорусский перевод Дениса Мусского (Дзяніс Мускі):

Плыве палудзень залаты,
Плыве па хвалях чоўнік.
За вёслы ухапіліся
Дзявочыя ручонкі.
І робяць выгляд, што з іх волі
Па рэчцы рухаецца човен.

Ах, злыя дзевы, ў гэту спеку
Вы пачалі патрабаваць
У стомленага чалавека
Гісторыю вам расказаць,
І я адбэсціцца не змог
Ад трох дзявочых язычкоў.

І ўладна кажа Першая:
“Няхай распачынае!”
“Паболей глупстваў і лухты”, —
Ліслівіцца Другая.
А Трэцця казачку маю
Ўвесь час перапыняе.

І хуценька у цішыні
Плыве маё натхненне.
Дзяўчынка-мроя ў Цудакут
Бяжыць праз падзямелле,
Там дзе жывёлы, птушкі, рэчы
З ёй гаманяць па-чалавечы.

Я казкай ссушаны ушчэнт:
“Далей наступным разам”
”Наступны раз ужо прыйшоў!”-
Шчаслівы енк адказам.

Так пакрысе, за крокам крок
Расце аповед мой.
Але ён скончаны, а нам
Пара спяшаць дамоў.
Мы весела ідзём, а сонца
Схавалася за гарызонтам.

Аліса, казка хай мая
Пяшчотнаю рукою
Нясе цябе па ручаях
Вянком дзявочых мрояў,
З тых кветак, што ты пілігрымам,
Сарвала ў сноў сваіх краіне.

____________________________________________________

***

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

МУЗЫКА

На стихотворение «Июльский полдень золотой…» в переводе Д. Орловской рок-музыкант Черный Лукич (Д. Кузьмин) написал одну из своих первых песен. Она называется «Алиса» и входит в альбом 1996 г. «Девочка и Рысь».

<<< пред. | СОДЕРЖАНИЕ | след. >>>


Автор и координатор проекта «ЗАЗЕРКАЛЬЕ им. Л. Кэрролла» —
Сергей Курий